О войне немало песен сложено. И не только песен. Появилось много сказок, басен и побасенок, которые, к сожалению, повторяют не только люди, мягко говоря, неумные, но и учителя, преподающие историю нашим детям. Называется это почему-то исторической правдой. И вот уже какой-нибудь недоросль с баночкой пива, но с апломбом рассуждает о зверствах Красной армии, о заградотрядах, стрелявших в отступающих, и великом втором фронте, без которого всем бы нам пришел каюк. Понятно, когда такие военные басни перепевают там, где мощь и величие Российской державы надо принизить любыми силами. Но унижать и принижать подвиг советского народа в его же собственной стране?
Если стальную рессору долго и упорно сгибать, то рано или поздно она разогнется, и сила такого удара будет немалой. Когда извращение фактов истории некоторыми идеологами превысили критическую массу, случилось то, чего не могло случиться ни в одной другой стране. Без всяких ценных указаний сверху, без агитации и рекламы начали стихийно организовываться военно-париотические клубы, появились руководители, директора и учителя, считающие своим долгом нет, не обличить лжеидеологов, а на лич¬ном примере, на тесном общении с ветеранскими организациями, на реконструкции событий не та¬ких уж и далеких, показать моло¬дым, да и не очень молодым, сла¬ву и силу Российской державы, ко¬торую не затмить никакими бас¬нями.
ВОЕВАТЬ ТАК ВОЕВАТЬ
Что такое депутат в привычном, обывательском понятии? Этакий гражданин, весьма уважаемый, ко¬торый ходит в костюме и галстуке, обязательно с портфелем и посто¬янно принимает какие-то постановления и исполняет наказы граждан. Ну, где-то оно и так. Но если бы обыватель увидел депутатов Олега Авдыша или Алексея Голубицкого в минувшее воскресенье, то несколько изменил бы свое мнение. Впрочем, на военной игре, реконструирующей события первого прорыва Советских войск в Восточную Пруссию, были не только они. А. Голубицкий, который кроме депутатских полномочий исполняет еще и нелегкие обязанности директора Храбровской школы, привез на игру своих кадетов, Авдыш - депутатов Гурьевского района. Да и не только их. Надо сказать, такие «вылазки на природу» депутаты Гурьевского района совершают далеко не в первый раз и совместно с одной из кали-нинградских компаний осуществляют те военно-патриотические цели, о которых было сказано выше. Кроме того, преследуется и еще одна, может быть и не явная, но очень важная в те ком непосредственном общении до людей, особенно молодых, гораздо проще и быстрее донести очень простую истину - готовность защищать свою Родину. Но надо еще и уметь это делать. Причем на практике. Так что, когда облаченный в штрафбатовскую робу и вооруженный до зубов «боевыми маркерами» Авдыш в шутку сказал, что одна его семья может защищать поселок Матросово несколько дней, «пока наши на броне не подъедут», корреспондент проникся глубоким уважением к боевому депутатскому корпусу и тоже потребовал оружие. Дгши.
В ПРОРЫВ ИДУТ ШТРАФНЫЕ БАТАЛЬОНЫ
Суть игры заключалась в захвате и удержании «плацдарма Неммерсдорф», который, как известно, в течение недели несколько раз переходил из рук в руки. Части Красной армии, состояли из кадетов, ведомых Голубицким (директор, естественно, шел впереди своих воспитанников), привлеченных к делу корреспондентов (включая представителя «Гурьевского вестника») и штрафного батальона, возглавляемого, как вы уже догадались, Олегом Авдышем, и представляли со¬бой Третий Белорусский, а силы Вермахта включали в себя всех остальных.
Миссий, которые надо было выполнить, оказалось целых четыре. Вермахт сражался отважно. Настолько отважно, что лезущие в самое пекло и «пачками» гибнувшие кадеты.
прибывая после гибели в место краткого отдыха, называемое «мертвятником», пыхтели, как разъяренные ежи и рвались обратно «бить фашистов». Фотоаппарат пришлось оставить на базе. Огонь был столь плотен, что рисковать редакционным имуществом не стоило. Собственно, в кустах и траве снимать-то особо было и нечего. Но вот когда разъяренный командир штрафного батальона подымал бойцов в атаку, пожалела, что нет камеры, или, хотя бы диктофона.
МЫ ТАК ДАВНО. МЫ ТАК ДАВНО НЕ ОТДЫХАЛИ
К концу второй миссии в бой еще бежали, но пар валил, как из самоваров, а пот совершенно заливал предохранительные маски. Невольно подумалось: «А как же солдаты наши в той реальной войне по несколько дней, недель? И пули ведь были настоящие. В «мертвятнике» не отсидишься. Краску не , сотрешь».
И все-таки я продержалась все четыре миссии, получила несколько «ранений» и; хорошую шишку, закинула в окно противника «гранату» и к концу четвертого часа игры сообразила, что не в состоянии не только кого-то ограбить или подвергнуть насилию, но просто дойти до стоянки и переодеться. Впрочем, пока сдавали камуфляж, бутерброды с колбаской испарились. Кто-то оказался-таки способен к мародерству и в таких условиях. И все съел. Так что, несмотря на легенды о журналистской пронырливости, на сей раз пресса осталась голодной. Но когда посмотрела на счастливые лица храбровских мальчишек и девчонок, когда в спокойной уже обстановке начался разбор полетов, а штрафбатовцы стали обсуждать с «вермахтом» какой-то очередной проект, подумала: вот она, работа с детьми, с подростками, с молодежью. Не надо слов, ребята. На деле все гораздо проще. Есть боевой депутатский корпус, и он выполняет свою задачу. А выполнив одну, тут же ставит перед собой новую. Как на войне.

Виктория Козина